Изолятор временного содержания. правила содержания обвиняемых и подозреваемых, отличия ивс от сизо

Содержание

Что делать?

Что делать, чтобы тебя не били, чтобы не унижали, чтобы относились как к человеку в тюрьме?..

Да, скажу честно, ничего ты не сделаешь против этого. В тюрьме — значит виноват, преступник — значит не человек. И угодить всем, чтобы тебя не трогали, ты тоже не можешь. Тюрьма — это тоже человеческое общество. Но в волчьем обличье. Где, если ты слаб, тебя разорвут. И скрыться и защититься от этого ты не можешь. Никто не поможет! Ни адвокат, ни следователь! Они придут и уйдут, а ты останешься дальше в тюрьме.

Ты не можешь защититься от сотрудников, хотя с этими проще — на них можно пожаловаться, выше начальству или в прокуратуру. Но ты не можешь защититься от этого мира — от тюрьмы, от «зэчья», которые отберут у тебя, украдут у тебя, ударят. И они не работают с администрацией, они не актив зоны, они просто «масса». И если в тебе нет уважения к себе и моральных сил (не физических, они ничего не значат, ибо «масса» сожрет) — отстоять себя, ты будешь не жить 10 лет в колонии, а выживать. Или умрешь.

Это не законы тюрьмы. Это законы жизни. И бесполезно куда-то жаловаться. Да, пойдут под суд сотрудники, что били тебя, да, поменяют тебе отряд, где унижали тебя другие осужденные. Но всем им на смену придут другие, жизнь приведет завтра новых. И тебе снова стоять против них. И где-то нужно уступить, и где-то стерпеть, и где-то смириться. Чтобы выжить и вернуться домой. Где тебя ждут.

Нет никаких универсальных правил против тюрьмы. Есть одно — туда нельзя попадать. Тюрьма опустошает человека. До самого дна. Сколько бы ты ни сопротивлялся и каких бы ни достиг результатов, помни одно: у тебя забрали жизнь. И ты прожил ее не так, как нужно.

Это тебе решать, что делать, когда ты попал в тюрьму. Можно упрямо стоять — и тебя сильнее будут ломать. Можно пойти на уступки — и с тобой не станут считаться. Но можно быть мудрым — жизнь заставит. И выбрать вариант третий. Какой? А кто его знает?.. У каждого свой случай и собственная судьба.

Тюрьма — это трагедия. В жизни каждого. И сотрудника, и «блатного». И каждый переживает ее по разному

Но важно помнить, что жизнь не кончается с началом тюрьмы. Что нужно жить дальше

И тюрьма тоже кончится. А вот как и кем ты будешь в ней жить, решать только тебе. Никто не подскажет. Никто не научит. Учись сам.

Виды хозяйственных работ и условия содержания

В большей степени следственные изоляторы и тюрьмы вынуждены привлекать к выполнению работ по хозяйственному обслуживанию осужденных, потому как данные работы не достаточно престижны и имеют низкую оплату. К хозяйственному обслуживанию относятся:

  • уборка помещений;
  • приготовление и раздача пищи;
  • проведение ремонтных работ;
  • мытье посуды;
  • благоустройство территории и др.

Найти на такую работу гражданских лиц достаточно проблематично. Поэтому, несмотря на то, что в законе сказано об исключительности случаев оставления осужденных к лишению свободы в следственном изоляторе или тюрьме, такая практика распространена повсеместно.

Также в законе не сказано о влиянии поведения осужденного в период пребывания в следственном изоляторе в качестве подозреваемого (обвиняемого), на возможность оставления его для выполнения хоз. работ, но на практике администрации СИЗО оставляет только тех осужденных, которые хорошо себя зарекомендовали.

Запрещено привлекать осужденных, подозреваемых, обвиняемых к выполнению хоз. работ в специальных отделах следственного изолятора, к которым относятся: радиотрансляционные узлы, фотолаборатории, а так же к работе по ремонту и эксплуатации инженерно-технических средств охраны, связи и сигнализации, множительной аппаратуры и всех видов транспортных средств («Правила внутреннего распорядка СИЗО»).

П. 2 ст. 77 УИК РФ гласит, что осужденный оставляется для выполнения хоз. работ решением начальника тюрьмы или СИЗО. Согласно п. 3 ст. 77 УИК РФ осужденные содержатся отдельно от подозреваемых и обвиняемых. Данная мера ограничивает возможность передачи информации и предметов, общения с подозреваемыми или обвиняемыми. Камера, в которой проживают осужденные, является общей и не запирается. Для сохранения условий отбывания наказания в виде лишения свободы осужденным, за ним сохраняется право на ежедневную двухчасовую прогулку, которая проводится чаще всего в светлое время суток в соответствии с графиком. Для прогулок на территории учреждения оборудованы прогулочные дворы с навесами от дождя и скамейками для сидения. Отменить прогулку, проставленную в графике, может только врач учреждения.

Оставляются для выполнения хоз. работ в СИЗО или тюрьмах осужденные обоих полов (мужчина и женщина). Оплата труда осуществляется на общих основаниях. Работа осужденного в период нахождения его после вступления в силу приговора суда в следственном изоляторе или тюрьме заносится в трудовую книжку и входит в трудовой стаж работника.

Выгоду от взаимодействия получают и осужденный и следственный изолятор или тюрьма, первый имеет возможность проживать в камере, которая не запирается, и получать заработную плату за свой труд, вторые осуществлять большую часть хозяйственной деятельности за счет трудовых резервов из осужденных.

Казалось бы, после вступления в силу приговора суда — дело закрыто, обвиняемый или подозреваемый перешел в разряд осужденных и услуги адвоката по уголовным делам стали не нужны. Это не так, помощь адвоката по уголовным делам — это урегулирование вопросов с ходатайствами, прошениями и другими документами. Адвокат по уголовным делам поможет правильно построить отношения с администрацией учреждения, в котором отбывает наказание осужденный, окажет содействие в решении вопросов со свиданиями и посещениями заключенного.

Советуем прочесть также:

  • заключение под стражу;
  • пожизненное лишение свободы.

Адвокат по уголовным делам Виктория Демидова

Сотрудник — это быдло

Механизм контроля над сотрудником всегда один — тебя уволят. Всегда.

Шаг в сторону, неловкое слово перед начальством, незначительное служебное нарушение — это последний день твоей службы в колонии. В приказном порядке потребуют рапорт на увольнение, не напишешь — будут ходить по пятам, требовать, угрожать проблемами, затащат на аттестационную комиссию. И уволят, если нужно.

Увольнение — это основная форма стимуляции службы сотрудников. Попробуй работать в колонии с подъема до отбоя, с 06:00 до 22:00, и при этом сказать, что тебе что-то не нравится. У осужденных есть право на «8-часовой непрерывный сон». У сотрудника такого права нет. Потому что он работает ради льготной пенсии — и реже дальше дня, когда она настанет. Ради работы никто не работает. Потому что отношение к сотруднику часто хуже, чем к самим осужденным.

Сотрудник — это быдло. Наш начальник колонии прямо говорил на разводах: «Главное — зэки. Вы — обслуживающий персонал». А потому никакой другой мотивации службы у сотрудника никогда нет. Всегда одна — дотянуть бы до пенсии, а там хоть трава не расти.

В колониях везде установлены камеры, и никак их не обойдешь. Камеры фиксируют нарушения и осужденных, и сотрудников. Осужденные садятся в штрафной изолятор, сотрудники получают выговоры, нравоучения и увольнения. Кому как повезло.

Такого, чтобы сотрудник специально искал место, где нет видеокамеры, чтобы там побить очередного осужденного, ну, это просто вызывает улыбку. Из чистой математики. Когда в колонии 1500 заключенных, а в дежурной смене 15 сотрудников. Когда всех успеешь побить?..

Все эти случаи с побоями в колониях, как правило, конкретные обстоятельства. Началось общение, сотрудник потребовал, осужденный нагрубил, что-то не сделал, сотрудник применил силу, осужденный оказал сопротивление, и пошло-поехало по нарастающей… У кого власть, тот и сильнее и правее. Кто в темном углу колонии смотрит на закон?

Контроль над сотрудником — это прежде всего контроль над сделанной им работой. За сотрудником, за его поведением специально никто и не следит, делай что хочешь, думай как хочешь, но чтобы отчет о работе и сама работа были налицо. «Иначе будешь уволен и пойдешь поднимать сельское хозяйство!»

? Что такое ИВС

Изолятор временного содержания – это специальное помещение отделения полиции, которое предназначено для содержания задержанных лиц. ИВС может находиться как непосредственно в самом отделении, так и в расположенном рядом отдельном здании, но ИВС в любом случае не является самостоятельным подразделением, а существует в подчинении МВД.

Устаревшее название изолятора временного содержания – КПЗ (камера предварительного заключения). Сейчас это название устарело и официально не используется, но до сих пор в ходу в бытовых разговорах.

Кого помещают в изолятор

В ИВС могут содержаться следующие категории граждан:

  1. Лица, задержанные полицией, но в отношении которых еще не было принято решение, и не определена мера наказания (то есть в отношении которых нет решения об аресте или освобождении).
  2. Лица, которым было назначено административное наказание в виде 15 суток (по общему правилу) содержания под стражей (часто такие граждане содержатся не в общих ИВС, а в отдельных изоляторах, называемых также спецприемниками, но все зависит от возможностей местного отделения МВД).
  3. Лица, которые на время проведения следственных действий были переведены из СИЗО, если ежедневный перевоз арестанта из удаленного места содержания невозможен или нецелесообразен.

Сроки содержания

Что касается сроков, то содержание в ИВС не рассчитано на длительную изоляцию. Если речь идет о задержанных гражданах, в отношении которых еще не избрана мера пресечения, то их не могут держать в ИВС более 48 часов (). Срок начинается с момента ограничения свободы передвижения лица, что должно быть отражено в соответствующем протоколе. В течение двух суток сотрудник МВД должен совершить одно из следующих процессуальных действий:

  • вынесение постановления с ходатайством об аресте лица и переводе в СИЗО;
  • освобождение задержанного из-под стражи;
  • вынесение ходатайства о продлении срока содержания в ИВС еще максимум на 72 часа, согласно (совокупный срок пребывания под стражей без дальнейших процессуальных действий не должен превышать 120 часов).

В особых случаях с разрешения суда срок может быть увеличен до 20 суток.

Общий порядок содержания под стражей регламентируется .

Вы знаете, в чем отличие между ИВС и СИЗО?

Да, я в курсе, что именно означают эти терминыНет, но узнал(а) из статьиНет, не знаю и мне неинтересно

Условия содержания

Условия содержания в изоляторе временного содержания довольно суровые. В обязательном порядке там имеются только спальные места и стол. Вся мебель надежно прикреплена к полу и не имеет съемных деталей. Кровати могу быть как многоярусными, так и выполненными в виде лавок – в зависимости от размеров помещения.

Как правило, ИВС – это небольшое помещение, рассчитанное на присутствие не более 10 человек. Реальность такова, что помещения следственных изоляторов нередко оказываются переполненными, и фактические нормы площади на одного задержанного не соблюдаются.

Поскольку, как говорилось выше, ИВС не предназначен для длительного размещения граждан, то и условия там соответствующие. Разумеется, двери надежно запираются снаружи. Часто двери оборудованы специальными окошечками для подачи пищи и общения с сотрудниками МВД. В зимнее время все камеры обязательно отапливаются.

В спецприемниках, где содержатся лица, отбывающие административный арест, условия могут быть немного помягче.

Постельное белье, горячее питание, туалетная бумага и мыло обеспечиваются задержанным за счет государства.

Заочный арест. Как могут подозреваемого заключить под стражу в его отсутствие
Читать

Как перевести осужденного по месту проживания родственников
Подробнее

Оптимизация колоний и СИЗО. Почему их планируют перенести за пределы городов
Смотреть

Варианты освобождения или дальнейшего перемещения

Граждане освобождаются из ИВС в зависимости от того, на каком основании они были туда заключены. Так, отбывающие административный арест выходят из ИВС после отбытия наказания (по истечении 15 суток).

Или же, если решается вопрос об избрании меры пресечения, то, соответственно, гражданин покидает ИВС после вынесения решения – либо об освобождении, либо о заключении под стражу, и в последнем случае его переводят из ИВС в СИЗО.

Если же гражданина доставили в ИВС на время проведения следственных действий, то и покидает он ИВС после их окончания (не позднее, чем через 20 суток).

За что бьют

Факты побоев, как правило, и в жизни, и за решеткой — это спонтанные моменты: оказался не в том месте, не в то время.

Вот пара примеров. Осужденный решил выразить свой протест против своей неудавшейся жизни. Сидит пятый или шестой срок, все статьи тяжкие. Никогда не работал — понятия не позволяют. Разбил в камере телевизор, новый плазменный. Сокамерники не предъявят, что смотреть нечего, он в авторитете. Разбил и требует новый, потому что смотреть им в камере нечего. И по закону должны его дать. И дадут! Страна и налогоплательщики купят новый.

Этого, что разбил, отправили в штрафной изолятор. Там отказался заходить в камеру, начал сопротивляться. Драка — у него пара синяков. В камере снова протест — снял раковину, разбил ею унитаз. Потребовал новый — ему в туалет надо ходить. Вывели снова, дали в зубы. «Для профилактики». Чтобы себя не забывал. Получил по рогам, сидит дальше смирно, пока ничего не бьет.

Другой пример. Осужденный идет на работу в колонии, его остановил сотрудник, докопался до какой-то мелочи — власть показать, у этого развод на работу, где его ждут, и если не придет, можно оказаться в штрафном изоляторе по факту невыхода на работу.

Слово за слово с сотрудником: «отпусти, меня ждут», тот не пускает, сказал в ответ что-то обидное. Этот плюет ему в лицо. Сотрудник бьет ему в лицо. Все видят. Прибегают другие сотрудники коллеге на помощь. В итоге осужденный в штрафном изоляторе, а сотрудника… ну, пожурили, чтоб на людях такого не творил.

Большинство конфликтов внутри тюрем происходят на пустом месте и длятся короткое время. Реже «для профилактики». Нет такого, что массовые побои заказывают или устраивают в колониях специально. Сотрудников не хватит. Не только сотрудники бьют, но ведь и сотрудников тоже бьют. Хотя, конечно, поменьше. Эти факты огласке редко предаются, в отличие от той стороны.

Равнодушие

Сами условия, сама служба сотрудника не позволяет кого-то жалеть. Это такой моральный порог, за которым ты можешь полноценно работать в колонии. Как говорится, «без соплей и сантиментов».

Как правило, отношение сотрудников к осужденным равнодушное — это очень помогает в работе трезво смотреть на вещи.

И вот когда перед тобой уголовное дело, и ты читаешь, что совершил тот или иной осужденный перед тем, как ты встретил его за решеткой, и бывает, скажешь только одно: «Во нечисть! Как таких земля носит?»

Ведь сидят и маньяки, и педофилы, и убийцы грудных детей. Есть и людоеды. И все они требуют к себе уважительного отношения в колонии — по «праву и по закону».

А какое может быть к ним уважительное отношение?..

Это уже тот уровень, где «право и закон» могут подвинуться на задний план. Как бытует среди сотрудников мнение, что не доходит до сердца маньяка самый лютый приговор суда, а вот удар сапогом в лицо достает до самого дна души.

Встречал я однажды в колонии одного повара осужденного. Общительный, верит в Бога, всегда улыбается, на хорошем счету, куча благодарностей, готов исполнить любое поручение, хлеб у него всегда свежий. Готовится освобождаться условно-досрочно, просит посодействовать, написать хорошую характеристику для суда.

«Работящий парень», — сказал я про него кому-то однажды. А в ответ: «А ты его приговор почитай!» Не поленился, открыл личное дело, начал читать. Я взрослый человек, и много зла видел в жизни, и меня этим не удивить. Но здесь мне стало плохо.

Двадцать лет назад этот повар заманил на реку знакомую девушку, которая что-то про него знала, — знала, как он убил кого-то при краже. Заманил на реку ее купаться и утопил. Ее утопил, а ее годовалого сына, что начал кричать на берегу, бросил в костер. Но то ли костер плохо горел, то ли этот повар спешил, а не поленился, достал из огня обгоревшего ребенка, оторвал с дерева ветки, стал душить его ивовыми прутьями, а после растоптал сапогами голову.

Я спросил про это, когда его встретил в следующий раз. «Двадцать лет прошло. Только Бог имеет право меня судить. Я пятнадцать лет на хорошем счету», — вот что он ответил. Ответил, окрысившись, со злобой, не улыбался.

Двадцать лет прошло… а с моей стороны для такого, как он, нет срока давности. И через двести лет. И через двадцать веков.

Подошел я тогда к кому нужно, и кончились его «пятнадцать лет на хорошем счету». Загремел в штрафной изолятор за мелкое нарушение — то ли за сигарету, не там закурил, то ли за то, что сел на кровать. За изолятор его выгнали из поваров, а там никто и не отпустил на досрочное освобождение, как нарушителя.

Да, есть и такие. Но это ведь единицы. Самое горькое, что сотрудники привыкают равнять всех под одну гребенку. Все зэки равны, все зэки — нелюди. Какая разница, за что сидит. Раз сюда попал, значит виноват. Не все сотрудники понимают или хотят понять, что и зэк человек.

Иногда ведь человек садится за конкретный принципиальный поступок.

Встречал осужденного, на которого написала заявление его бывшая до свадьбы подруга, что изнасиловал, украл сережки. Не хотела, чтобы жил с какой-то другой. У него уже семья. Получил пять лет. По поганой статье. Отсидел. Как сидел за «мохнатую статью» — об этом только догадываться можно. За это время распалась семья, в несчастном случае кто-то погиб, то ли жена, то ли ребенок. Но вышел, поехал к той подруге и убил ее. Получил новый срок. Уже 12 лет. Говорит: «Я не мог по-другому. Она мне всю жизнь искалечила. Я просто отомстил». Бог ему судья. Сколько людей, столько и судеб.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector